Чему и как учат на исторических факультетах

Мы много говорим об истории и чтим настоящих мастеров науки. Вместе с каналом об образовании «Выше среднего» мы решили вспомнить о главном герое распространения исторических знаний и формированию профессионалов в этой науке – историческом факультете.

Он может существовать в различных городах, в десятках ВУЗов, в любые времена, но всегда влияет на то, как в будущем будут воспринимать прошлое и наше с вами настоящее. Давайте услышим тех, кто там преподает там, кто его закончил его и тех, кто только впитывает в себя знанию и культуру родной альма-матер.

Слово тем, кто связал свою жизнь с историей:

1. Где Вы учились истории?

Евгений Пчелов, к.и.н., Заведующий кафедрой, старший научный сотрудник РГГУ:

– Я закончил не исторический факультет, а Историко-Архивный институт, на базе которого в годы моей учёбы был создан РГГУ. Тогда у нас была специальность “историко-архивоведение” и в дипломе у меня значится “историк-архивист”. Иными словами, это была не просто история, а история, ориентированная на архивное дело, на умение работать с источниками, данными, фактами – и это источниковедческое начало существенно отличало нас от того же истфака МГУ, который был (и остаётся, на мой взгляд) лидером исторического образования в стране. У нас же была несколько иная специфика, и потому так сильны в ИАИ всегда были науки источниковедческого цикла, специальные исторические дисциплины, археография и т.д. Сегодня мы можем сказать, что несмотря на все потери и трудности научная и педагогическая школа Историко-Архивного института сохранилась и продолжает свою историю. Отличие одно – нет наших великих учителей, наших столпов, а мы – лишь скромные продолжатели их великих традиций.

Тэймур Галимов, к.и.н., старший научный сотрудник Института истории им. Шарджани:

– Я инженер (окончил Казанский гос. Архитектурно-строительный университет) и исторический факультет обходил стороной. Они были такими высоко сидящими небожителями абсолютно недоступными. Поэтому всё знакомство с исторической наукой прошло у меня в стенах родной кафедры истории и философии КГАСУ. Знания о науке и ее методах я получал от общения с науч.руководителем, личного и сопутствующего опыта на конференциях и из спец.литературы. Самой доступной оказалась когорта научных сотрудников исследовательских учреждений и источниковедов, а также преподавателей региональных вузов, православных уч.учреждений. Вектор изучения для меня лично определялся и определяется личным интересом к теме, эффективностью изучения и актуальностью работ.

2.Насаждается ли на историческом факультете политически верный вектор в трактовке истории и каким образом?

Игорь Курукин, д.и.н., профессор, доцент РГГУ:

– Насчет “политики” – так вуз остается вузом. а не школой. Никто не указывает, что и как читать или как что трактовать. Ну и ладушки.

Тэймур Галимов:

– Вся политика по изучению истории и преподавании содержиться во ФГОСах. Там всё почти предельно ясно по структуре. А вот относительно самого материала то здесь у преподавателей имеется вилка: с одной стороны историография (говорить так как принято говорить), а с другой стороны источники (пределельно плотное изучение которых порой уничтожает самые устойчивые историографические штампы и мифы). И тут в крепком профессорско-преподавательском составе, обремененных возрастом и сомнениями продления трудового договора, возникает эффект бега, не в след, а впереди паровоза, говоря себе: “вся наша история самая правильная, выверенная и стерильно чистая, поэтому и преподавать мы будем ее исходя из официально принятой номенклатурой позиции, а любое свободомысление не направлять в русло познания, а пресекать самым жестоким образом”. Если так не говорят, то либо думают, либо подсознательно совершают.

Евгений Пчелов:

На меня государственная политика никак не влияет, потому что я преподаю те науки, на которые она вообще влиять не может. От того, какой там вектор, скоропись не превратится в устав, григорианский календарь не трансформируется в шумерский, а герб Испании не сделается гербом Мозамбика. Не влияет же государственная политика, например, на анатомию человека или биологию беспозвоночных. Так же и я, занимаюсь и преподаю исторические науки, а не трактовки, рассуждения и прочую болтовню. Профессионализм историка не в трактовках ведь состоит.

3.Кто и зачем сегодня идет учиться на исторический факультет? Ведь не самая прибыльная профессия?

Игорь Курукин,

– Если коротко – то, как и прежде, идут люди разные. Кто – целенаправленно, другие, как мама с папой решили, а иные, вообще не знают зачем. Понятно, что эпоха другая и другое поколение – где-то на нас похожи, где-то нет. В чем-то более деловые и грамотные, в чем-то более дремучие – все ж книжная культура исчезает, а как говорил один из моих профессоров: “С вашими способностями надо больше читать” – в нашей профессии иначе нельзя. Она не прибыльная – но большинство нынешних студиозов в науку и не пойдут. Да и не нужно.

Евгений Пчелов:

– Примерно такие же студенты, как и в годы моего студенчества. Никакой принципиальной разницы я не вижу. Есть очень сильные, грамотные, интересующиеся, мотивированные ребята. Есть теплохладные и индифферентные, есть те, кому всё вообще пофиг. Это так было всегда и так будет. Очень радует, что умные и талантливые продолжают приходить. Проблема одна – сильно сокращены учебные планы и на очень важные предметы остаётся очень мало времени (всё это пресловутые оптимизации и т.п. процессы), но образование, в конечном итоге, для мотивированного человека – это всегда и самообразование в большой степени. Главная задача – помочь ему и в этом. Чем мы и занимаемся. Увы, специальность “историко-архивоведение” министерством ликвидирована, осталось “документоведение и архивоведение”, а всё это сейчас весьма востребовано (даже если говорить о конкретной специальности).

4. А теперь слово выпускникам Исторических факультетов, которые предпочли иные карьерные пути:

Андрей Шавнев, выпускник 2011 года Кемеровского государственного университета. Руководит digital-направлением в «АГТ-Сибирь»:

– Единственным предметом, который я любил в школе была история. Я пошел на истфак в том числе, чтобы не сдавать математику. ИстФак привлекал образованием и тем, какие толковые люди его закончили. Многие известные в Кемерове люди были именно с “истфака”.

Самое ценное, что получил там – умение анализировать, собирать и структурировать информацию. Как разложить на винтики любой процесс и как части влияют на целое. И коммуникациям меня тоже научили на факультете – договариваться о пересдачах, обосновывать прогулы и убалтывать отличниц на конспекты – все это обернулось важными скилзами в будущем. Но принял решение отдаться карьере в другой отрасли, чтобы обеспечивать себя и семью. При этом, если бы была возможность хорошего заработка, то я бы ушел в науку, ибо историю очень сильно люблю.

У нас была хорошая научная школа и присутствовала брезгливость к насаживанию каких-то идей из вне. Возможно, из-за того, что многие мои преподаватели еще помнили, как вписывали в исследования идеи ленинизма и после с радостью начали делать адекватную науку. Нас учили критически мыслить, всю информацию проверять и перепроверять и всегда формировать именно свои идеи и взгляды. Максимум, что заставляли делать – это выходить на парады или какие-то мероприятия от администрации. Но нас никто не ругал за громкие шутки или несогласие с политикой.

Антон Бурмистров, директор ООО «РЕСУРСГРУПП КАЗАНЬ»:

– Лично у меня выбор исторического факультета был продиктован романтическими представлениями о профессии и интересом к истории, поступая на первый курс я планировал в будущем посвятить себя науке. Однако, необходимость обеспечивать себя и свою семью сразу после университета, внесла свои коррективы. Сегодня, я занимаюсь предпринимательской деятельностью и моя профессиональная сфера никак не связана с дипломом, но о своем выборе я ни разу не пожалел – мне дали фундаментальное гуманитарное образование, научили работать с большими объемами информации и их источниками, сформировали привычку глубоко анализировать любые данные и явления.

Что касается государственной идеологии и ее влияния на образовательный процесс – совершенно отрицать, это влияние, наверное, нельзя, но многое зависит от преподавательского состава, с которым казанскому истфаку очень повезло – отделять факты от идеологии – главное, что должен уметь историк.


Вам также может понравиться

About the Author: admin

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *